В Санкт-Петербурге состоялся судебный процесс, в рамках которого топ-менеджер оборонного предприятия «НПО Волна» Николай Ногинов был приговорен к пяти годам условного лишения свободы и штрафу в размере 600 тысяч рублей. Судебное разбирательство завершилось в конце апреля, и в результате на имущество Ногинова был наложен арест, включая участок в садоводстве у деревни Назия и автомобиль «Хонда Лайф Спорт». Однако окончательное решение по этим активам еще не принято.
Ногинов, который занимал должность начальника отдела эксплуатации производственного оборудования, был признан виновным в совершении мошенничества в сфере закупок. В ходе следствия было установлено более десяти эпизодов, связанных с нецелевым использованием средств, в результате чего ущерб, причинённый заводу, превысил 60 миллионов рублей.
АО «НПО Волна» входит в состав ОПК «Эго Холдинг» и является системообразующим предприятием Санкт-Петербурга, а также значимым игроком в сфере разработки и производства средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ). Это предприятие также было включено в реестр организаций ОПК, утвержденный Минпромторгом РФ. Губернатор Санкт-Петербурга Александр Беглов два года назад посещал «Волну», что подчеркивает её важность в оборонной сфере.
По данным, полученным из источников, следственные органы заинтересовались Ногиным после проведения проверок экономической безопасности. В ходе расследования была изучена документация, касающаяся закупочной деятельности, и выявлены многочисленные нарушения. В отчетах упоминались такие фразы, как «заведомо завышенная стоимость», «замена оборудования на менее ценное», «недостоверные сведения о моделях», «отсутствие производственной необходимости» и «договорной тендер». Все эти факты указывают на серьезные злоупотребления в процессе закупок.
Отметим, что в рамках данного уголовного дела под следствием оказались не только Ногинов, но и группа лиц, в которую вошли десятки фамилий, включая родственников, знакомых и сотрудников дружественных компаний. Следствием установлено, что с 2021 по 2023 год участники организованной группы совершили двенадцать хищений на общую сумму 63,8 миллиона рублей. Ногинов в данном контексте выступал как ответственное лицо за закупку и эксплуатацию производственного оборудования.
По версии следствия, на этапе формирования предложений стоимость закупаемого оборудования значительно превышала рыночные цены. При этом в конкурсах участвовал круг лояльных поставщиков, а имя компании, с которой должен был заключаться контракт, было известно заранее. Этот подход позволял злоумышленникам обманывать систему и присваивать средства.
Интересно, что одним из факторов, побудивших правоохранительные органы провести проверку, стала публикация, в которой описывался положительный опыт работы «Волны» с компанией «Новые технологии», в частности, речь шла о внедрении автоматизированной сборочной линии на заводе.
На фоне недавних событий, связанных с ростом значимости технологий РЭБ и дронов, приговор Ногинову выглядит достаточно мягким. Например, за поджог здания военкомата Ленинградской области 76-летней женщине был назначен срок в 10 лет лишения свободы. Молодой футболист, бросивший бутылку с зажигательной смесью в тот же объект, получил 11 лет колонии. Более строгие приговоры были вынесены и другим фигурам, связанным с террористическими актами, включая 29 лет строгого режима для гражданина России и Италии Руслана Сидики за подрыв железнодорожного полотна.
Также на сегодняшний день продолжается работа следственных органов по делам о «фейках об армии», где, например, бывшая стюардесса «Уральских авиалиний» была приговорена к семи годам за распространение ложной информации. Недавно Следственный комитет России завершил расследование дела о налёте украинских БПЛА на военные аэродромы, где обвинения предъявлены четырем водителям большегрузов, которым грозит до 20 лет лишения свободы.
Таким образом, дела, связанные с оборонной индустрией и мошенничеством в сфере закупок, продолжают оставаться в центре внимания как правоохранительных органов, так и общества в целом. В условиях текущих реалий и растущей напряженности в мире, вопросы прозрачности и честности в государственных закупках становятся как никогда актуальными.